Когда работы Светланы Цветковой были представлены на большой выставке в Галерее Союза художников Болгарии в 2004 году, тогда произошел сдвиг в сторону этого понимания: ее успех генерировал идею теперешней выставки и появление немецко-болгарского фото-альбома. Работа по подбору материалов для этой выставки была сложная: каким образом предпочесть одну работу перед другой, когда коллекция Народной библиотеки состоит из 1300 рисунков Светланы, каждый из которых представляет разные стороны ее мощного и разнообразного дарования. Они все сделаны в очень разных стилях, в соответствии с поэтикой спектаклей, к которым они были приурочены. Они настолько живы и театральны, что сами по себе уже порождают театральные идеи и являются поводом для театра.

Тексты в альбоме написаны художниками, сценографами, драматургами и режиссерами, такими как: Димитр Гочев (Dimiter Gotcheff), Франк Хофман (Frank Hoffmann) и Андраш Фричай Кали Сон. Светлана работала с этими мастерами европейского театра, и они ценили ее воображение и гибкость как художника, который то опережает, то следует за мыслью режиссера, раскрывая при этом динамичную образность спектакля. Особняком стоит текст Дирка Фрезе (Dirk H. Fröse), ее единомышленника и супруга, потому что он дает представление изнутри о рабочем процессе Светланы, о ее лаборатории.

Альбом «Светлана Цветкова «Жизнь сквозь рисунок» представлен на выставке в галереи имени болгарской художницы Васки Емануиловой. В Детстве Светлана жадными глазами ловила как ее тетя лепила свои скульптуры, как она общалась с художественной софийской богемой, и факт, что именно в этой галереи состоялась выставка Светланы, есть нечто не только волнующим, но раскрывающим по новому континюитет в искусcтве.

При посредничестве Дирка Фрезе издательство "Валентин Траянов" предоставило для читателей post.scriptum.ru изобразительную часть альбома Светланы Цветковой.

Получить альбом Светланы Цветковой в формате pdf для ознакомления можно, нажав на эту ссылку.

Андраш Фричай Кали Сон (Andras Fricsay Kali Son). Преклонение перед бойцом. Светлана появилась в тот момент, когда я «профессионально овдовeл», потеряв прекрасного сценографа, который умер от спида. Количество пространств, которые мы вместе с ней делили во времени, – это подробности истории. Единственная реальность для меня – сама Светлана. После обсуждения технических параметров предстоящей работы, мы целиком погружались в образность непрерывно возникающих идей спектакля.

Светлана была тайной сенсацией, но ее жизнь была без капли неясности. Когда эта высокая, достаточно крупная женщина приближалась ко мне и рассказывала о том, что происходит «во внешнем мире», я ощущал с полной силой тяжесть жизни. Однако, это длилось не больше нескольких минут. Когда начиналась работа, мы сразу же испытывали бурное чувство восторга от чуда, что можем делать ее вместе. Решения спектакля появлялись как будто сами по себе.

Мне глубоко запомнились слова Светланы, сказанные ею как бы ненароком: «Не могу понять что это такое. Когда прихожу к тебе, несмотря на то, насколько я устала или перегружена, через пять минут все отходит, и жизнь становится радостной». Никто не формулировал таким очаровательным образом мою самую сокровенную мечту. Я не могу совладевать собою, когда мне напрямую говорят, что меня любят. Светлана выбрала самый короткий путь ко мне».

Ее решения рождались с видимой легкостью, одно за другим, все более глубокие и сценически верные. Мне былa предоставленa только сладостнaя мука выбора. Было достойно восхищения как она все это умела воплощать в мастерских театра. Светлана вежливо, но с твердой решимостью доводила образность пространства и костюмов до полного совершенства. Когда бы нам не приходилось встречаться, мы всегда взаимно делали нашу жизнь более красивой. Мы любили друг друга в самом высоком смысле этого слова. Она вседа сохраняла за собой привилегию настоящей дамы и не спускалась до присущих нашей профессии грубостям.

Мы работали в таком совершенном единстве, что с тех пор, как ее нет, место остается пустым. Она для меня тот пример, который я даю молодым сценографам, когда пытаюсь сформулировать основные законы театрального дела. С глубоким уважением я преклоняюсь перед Светланой как перед настоящим бойцом, который принимает на себя множество ударов, но никогда не бывает сломлен.