ps4
| Париж
- Я познал и полюбил мир, когда в нем было 2.5 миллиарда человек, - сказал в интервью газете «Ле Монд» основатель структурной антропологии, писатель и путешественник Клод Леви-Строс в 2005-м году. В 2006 году он пришел на открытие Музея набережной Бранли, который, имея в своем распоряжении 1500 экспонатов из коллекции отца структурализма, а также коллекции этнографического отдела Музея Человека и Музея Искусства Африки и Океании, является самым амбициозным пространством, появившемся в Париже после Оперы Бастилии, пирамиды Лувра и центра современного искусства Помпиду. Как действие, смещающее экзистенциальную пустоту и делающее существование человека полным, ритуал присутствует в каждом обществе. Законы существования мифов и ритуалов неизменны - в этом состоит основное открытие Клода Леви-Строса, которого в его парижском доме со столетием поздравил французский президент 28-го ноября 2008-го года.
Фрагмент трансформационной маски квакиутл. Канада. 19-й век. Pavillion de Sessions, Louvre
Posterus
Игра в карты
Робер Лепаж отказывается от технологий на фестивале Луминато в Торонто
Mercatura

Вхождение в музей есть ритуал, поставленный по драматическим и сценографическим принципам. Сначала идешь вдоль протяженной, высотой в двенадцать и длинной в 200 метров стеклянной стены, ограждающей музей от суеты набережной Бранли рядом с Эйфелевой башней. Пройдя через узкий зазор в стене, попадаешь на заросшую высокими травами обширную поляну, ведущую вниз, под громадное вытянутое и изогнутое сооружение на сваях - музей. Когда входишь в здание, поднимаешься вверх по искусственному извилистому серпантину в дом на сваях, и попадаешь в пространство масок, деревянных и каменных скульптур и тотемов. Процесс превращения фланера в открывателя продолжается сценографическим структурированием пространства площадью тридцать тысяч квадратных метров при помощи дувалов, переходов света и тьмы, открытых зон и тупиков. Тотальность погружения в этот архаичный театр обеспечивается и затемненными окнами, которые приглушают, но полностью не отключают присутствие города, как Другого, который всегда с тобой.

План пространства постоянных коллекций. © Музей набережной Бранли

Мышление «дикаря» так же «научно» как и мышление наших современников – писал Клод Леви-Строс в своей книге «Мышление дикаря». В нем заложено не менее сложное богатство логики и сущностей, что и в голове современного француза. И то и другое образуется как процесс вневременной трансформации и интергрирования знаковых и мифовых систем под влиянием внешней среды. Эта теория хорошо совместима с точкой зрения, что Колмогоровская сложность мира, по крайней мере, статическая, не зависит от прогресса и остается постоянной. Мир человека не становится ни более понятным, ни менее понятным, и это двойственное постоянство приводит к тому, что место ритуала или, в широком смысле, исполнительских практик, внутренне изменяясь, всегда существует. Экспонаты музея набережной Бранли дают синхронный и внутренее противоречивый срез такой диахронной (в терминах Соссюра) трансформации. Например, в распятии, используемом для хранения магического зелья из Конго.

Распятие с магическими зельями. Конго. 19-й век. © Владимир Гусев/Музей набережной Бранли

В 1951-м году Клод Леви-Строс приобрел в Нью-Йорке трансформационную маску квакиутл, датируемую 19-м веком, которая теперь выставлена в «посольстве» музея набережной Бранли в Лувре (Pavillon des Sessions). Она -- как шкатулка с секретом, внешняя часть, изображающая голову ворона с громадным клювом, раскрывается, чтобы явить внутреннюю маску, представляющую голову человека. Такие театральные машины, вооруженные системой веревок и блоков, были распространены в народности квакиутл в Британской Колумбии и использовалась во время церемоний инициации мальчиков или погребения сначала для того, чтобы ввести духов предков, присутствие которых было крайне важно, а затем, по ходу, для произведения чисто театрального эффекта.

Трансформационная маска квакиутль. 19-й век. Канада. © www.canada-culture.org/Музей набережной Бранли

Трансформационная маска таким образом сама представляет результат трансформации структуры тотемного столба как совмещение его мифологического архаического низа с сегодняшним, конкретным верхом, и иллюстрирует идею Леви-Строса о единстве «первичных» миров и современности, связанных единой цепью превращений мифов и ритуалов.

«Для зрителей ритуалов инициации эти танцевальные маски, неожиданно раскрывающиеся двумя створками, позволяя разглядеть второе  лицо, а иногда и третье позади второго, — все они запечатляли тайну и суровость, доказывали вездесущность сверхъестественного и коловращение мифов... Ибо почти все эти маски — механические, наивные и пылкие одновременно. Игра веревок, блоков и шарниров позволяет ротовым  отверстиям осмеять страхи новичка, глазам — оплакать его смерть, клюву — проглотить его. Уникальное в своем роде, это искусство объединяет в своих изображениях созерцательную безмятежность статуй Шартра либо египетских гробниц и хитросплетения карнавала. Эти  одинаково великие и древние традиции, отдельные остатки которых сохраняют сегодня ярмарочные лавки и церкви, царят здесь в своей изначальной полноте. Это дифирамбическое и синтетическое дарование, эта почти чудовищная способность постигать в качестве сходного то,  что другие люди воспринимают различным, несомненно составляют исключительное и гениальное своеобразие искусства Британской Колумбии.» (здесь и далее цитируется «Путь масок». Леви-Строс К. Пер. с фр. А. Б. Островского. М., 2000)

День 28-го ноября 2008-го года и был поставлен в музее набережной Бранли как трансформационное действие буквально соединяющее архаичный ритуал и театр. В день столетия мэтра сто «лучших умов Франции» стали актерами в постановке Даниэля Месгиша в пространстве постоянных экспозиций и в течение дня читали отрывки из произведений Клода Леви-Строса (см. Приложение. Как читать Клода Леви-Строса).

Театр Леви-Строса, музей набережной Бранли, © Владимир Гусев

Антрополог Мари Мозэ прочитала следующий отрывок из «Пути масок».

«Без сомнения, недалека та эпоха, когда коллекции, происходящие из этой части мира, покинут этнографические музеи, чтобы занять место в художественных музеях, между древним Египтом или древним Ираном и европейским средневековьем. Ибо это искусство не является неравным с наиболее великими, и за полтора столетия, знакомящих нас с его историей, оно засвидетельствовало превосходящее их разнообразие и выказало явно неистощимый дар обновления. Эти полтора века увидели рождение и расцвет не одной, но десяти различных форм искусства: начиная с вышитых накидок чилкат, еще неизвестных в начале XIX в., сразу достигших наивысшего совершенства текстиля, с острой желтизной, полученной от мха, с черным экстрактом коры кедра и медной голубизной минеральных окислов;  вплоть до скульптурных набросков из аргиллита, сделанных блестящими, как черный обсидиан, и иллюстрирующих пламенеющий декаданс на стадии безделушек — искусства, овладевшего стальными инструментами, и которое разрушит и сталь; минуя безумным образом и с длительностью, должно быть, лишь в несколько лет, танцевальные головные уборы, украшенные, как гербом, скульптурными фигурами на перламутровой основе; пояса из меха или из белого пуха, с которых уступами свисали, подобно буклям, шкурки горностая. Это нескончаемое обновление, эту изобретательную уверенность, обеспечивающую успех везде, где она действует, это пренебрежение к протоптанным путям, склонность к вечно новым импровизациям, непременно ведущим к оглушительному успеху, с тем чтобы не беспокоиться о некой идее, — наши современники, должно быть, воспринимали как исключительный удел Пикассо».

Эта цитата возвращает нас к сожалению Клода Леви-Строса по поводу перенаселения планеты, в том смысле, что музей набережной Бранли исполняет до некоторой степени желание, которое он высказал в 40-х. Театр Леви-Строса - это безусловно положительный эффект глобализации, первая нота в пути к пониманию равноправности и взаимосвязанности всех культур, парадоксально взятая в столице бывшего флагмана колониализма.

Музей набережной Бранли 28-го ноября 2008. © Владимир Гусев

Приложение. Как читать Клода Леви-Строса

Проф. Кристофер Лерич, Бостонский университет, Бостон, США. Перевод с английского Владимира Гусева.

Начало

Начинать чтение нужно с «Печальных Тропиков». Если вы читаете по-английски, возьмите перевод Вайтмана, полный и превосходного качества. Из этого чтения вам нужно будет извлечь понимание того, кто такой Леви-Строс, как он думает, что он сделал как этнограф и т.п. Если вы читаете внимательно, вы гарантированно будете поражены Леви-Стросом, согласны вы с ним или нет. Он пугающе умен, один из истинных гениев 20-го века, и эта книга - прозаический шедевр. Для тех, кто понимает, что это значит, я замечу, что текст получил бы Премию Гонкуров, если бы не был документальной прозой; комитет заявил о своем сожалении, что само по себе неслыханно. Так что читайте эту книгу как роман и как медитацию. Позвольте себе быть унесенным прочь. Задержите свои критические комментарии до второго чтения, если возможно. Помните, что полевые методы антропологии подверглись драматическим изменениям с 30-х годов, поэтому некоторые вещи, которые он делал и думал, возможно, будут шокировать вас, если вы разбираетесь в современной этнографии.

Прекрасно, теперь вы готовы. Вы знаете кто он такой, и у вас есть некоторое представление о том, как он думает. Но как он думает на самом деле?

Теперь самое время взяться за «Мышление дикаря», а еще лучше, La pensée sauvage. Перевод [английский] отвратителен – абсолютно безответственен и просто из рук вон плох, с техническими терминами, переведенными без всякого понимания, с таинственными пропусками предложений и т.п. Тем не менее, содержание достаточно мощно и проступает на поверхность вопреки всему. Если только вы не специалист в Сартре, вы ничего не получите из последней главы, но это не так уж плохо.

По ходу чтения, пытайтесь прорабатывать как можно больше примеров. Помните, что Леви-Строс часто предлагает аналогии, которые могут показаться кошмарно трудными, что без нужды усложняет материал. В некоторых случаях, однако, это происходит из-за различий между вашим образованием и его. В частности, когда он ходил в школу, каждый французский школьник должен был знать о таких людях как художники Клуэ и Пуссэн, а все образованные люди должны были разбираться в музыке и т.д. Поэтому он предлагает аналогии с материалом этого типа – по сути с высокой европейской классической художественной культурой – и если вы не понимаете, о чем он говорит, это конечно может усложнить ваше чтение. Заметьте так же, что тот же эффект случается с бриколажем, самой знаменитой аналогией. Каждый во Франции знает, что такое бриколаж, потому что это обычное слово из ежедневной жизни. Использование этого слова собственно Леви-Стросом немного старомодно, но лишь слегка; конечно, любой французский читатель поймет, что он имел в виду достаточно быстро. Американские читатели не обладают такой реакцией и теряются именно тогда, когда Леви-Строс старается изо всех сил сделать предмет понятным.

Так или иначе, проработайте эту книгу медленно и осторожно. Он движется вперед очень быстро, и, не будучи внимательным, легко потерять мысль. Если это произойдет, останавливайтесь и возвращайтесь назад. Во многих книгах вы можете пробуксовать на абзаце или двух, но затем нагнать изложение, однако в случае с Леви-Стросом это очень часто не так, особенно в «Мышлении дикаря».

На этом этапе вы готовы следовать по тропе его мысли. С моей точки зрения, наиболее полезны и интересны миф, структурный анализ как метод и искусство. Вы можете пойти по другим путям, но я думаю, что эти будут наиболее полезны.

Миф

Если вы хотите следовать за мифическим представлениями Леви-Строса, начните с книги «Миф и значение», которая интересна без того, чтобы быть чересчур конкретной во всем. Затем перейдите к «Ревнивому горшечнику» , которая весьма забавна, а затем обратитесь к «Истории Линкса». Если, поняв с чем вы связываетесь, вы по-прежнему хотите продолжать, начните с «Мифологик», том 1, «Сырое и вареное». Другие тома «От Меда к пеплу» (кажется больше не печатается, что странно), «Происхождение застольных манер» и «Человек обнаженный». Если вы прошли через это все, все еще представляя, что происходит, вы можете считать себя частью очень, очень малого меньшинства.

В этот момент вы можете обратиться к «Структурной Антропологии» , читайте «Структурное исследование мифа» и «Историю Асдиваля» из «Структурной антропологии 2». Однако эти вещи теперь будут читаться как вступления, чем они на самом деле и являются. Я не рекомендую читать их вначале, потому что Леви-Строс сильно изменил свои взгляды за время проекта «Мифологик». Если вы посмотрите на замечания к Леви-Стросовскому исследованию мифа, вы часто увидите, что на эти статьи ссылаются вне контекста «Мифологик». Увы, эти авторы не знают, о чем они толкуют, если только у них нет очень хорошей и явно обозначенной причины обращаться исключительно к ранними работами Леви-Строса на эту тему.

Отступая назад, «Миф и значение» - легкий текст, по Леви-Стросовским стандартам, и «Завистливый горшечник» не сложен. «История Линкс» немного сложнее, но все еще неплоха. Однако «Сырое и вареное», я думаю, самая сложная книга, какую мне когда-либо приходилось читать. Она более трудна, чем, например, остальные «Мифологики», потому что к тому времени, когда вы достигнете второго тома, у вас уже сложится представление о том, что он делает и как, что должно было осилено в первом томе. Этот текст более сложен, чем любой Деррида, которого я читал: Деррида часто труден, потому что его язык достаточно странен, и идеи его достаточно необычны, однако, в конце концов, когда вы к этому привыкнете, он на самом деле не так уж сложен. Трудность «Сырого и вареного», однако, совершенно другого порядка. Я уверен, что самым большим поводом того, что так многие так счастливо приняли объявления, что Структурализм мертв, в частности в антропологии, послужило то, что это означало, что им больше не нужно было продираться сквозь эту книгу.

Но она действительно стоит того. Она абсолютно восхитительна. К концу четвертого тома вы почувствуете, что ваш мозг пульверизован, однако когда все уляжется немного, у вас совершенно изменятся представления о массе вещей, и, конечно, многие вещи станут намного более ясными и другими, нравится вам это или нет.

Здесь, если вы хотите продолжать, я советую обратиться к методологии, но искусство тоже было бы хорошим выбором.

Структурный анализ как метод

Вам нужно будет работать в более или менее хронологическом порядке, потому что целью вашего чтения будет понять как развивалась мысль Леви-Строса. Начните с «Введения в работу Марселя Мосса», и, если вы не читали «Подарок» Мосса и «Общую теорию магии», вам наверное захочется пройтись и по ним, хотя это не является абсолютно необходимым; чтение «Жертвоприношения» Мосса вам также не повредит. Вообще-то, строго говоря, Мосс в основном писал вместе с Генри Хубертом, который тоже должен быть упомянут, однако Мосс всегда получает более высокий балл.

Следующей читайте «Структурную антропологию» и «Структурную антропологию 2» , а затем, «Взгляд издалека». Так как это эссе, они перевариваемы, и покрывают диапазон его интересов достаточно полно. Теперь, когда вы понимаете, с чем вы собираетесь связаться, читайте «Элементарные структуры родства», фундаментальные в его методологии.

Теперь вернитесь назад и перечитайте «Мышление дикаря», которое будет выглядеть в этот раз совсем по другому. Если вы не хотите останавливаться, перепрыгните на тропу мифа и продолжайте оттуда.

Персонально, я считаю этот подход наименее вознаграждающим способом читать Леви-Строса, потому что он достаточно сух, и вы так и не получаете полного ощущения того, что он имел в виду. Однако некоторым этот материал нравится сам по себе, что тоже неплохо для них, я полагаю.

Искусство

Это гораздо более сложная область нашего забега, потому что она состоит из эссе, которые разбросаны тут и там. Единственная вещь, о которой я знаю, что она здесь абсолютно центральна, кроме известных рассуждений в «Мышлении дикаря», - это «Смотри, слушай, читай», которая по непонятным причинам больше не печается; однако последнее издание вышло всего несколько лет назад в мягкой обложке, и эти экземпляры еще можно найти.

Допуская, что вы собираетесь продолжать, я думаю, что вы должны прочитать введение («Увертюру») к «Сырому и вареному», и «Финал» «Человека обнаженного», а затем некоторое количество хорошего текста во «Взгляде издалека» и в «Мифе и значении». Многое из этого – о музыке, должен вас предупредить. Существуют проходные дискуссии в других текстах -- на самом деле, они пронизывают все тело его трудов, однако это его очевидные «значительные» тексты. Когда вы прочитаете «Смотри, слушай, читай», у вас появится некоторая идея о том, что он делает и что он относит к искусству.

Заключение

Существуют и другие тексты, но их не слишком много. Конечно, если вы изучили некоторый большой блок этого материала, вам уже не требуются мои указания, и, если вы сели и читали последовательно от мифа к методу к искусству, вы, возможно, должны преподавать эти вещи вместо меня.

P.P.S. Майи Праматаровой.

Видео © Владимир Гусев
http://post.scriptum.ru
к театру пространства и времени
Пятница, 24 Ноября 2017
Repertorium
Exportatio
p.s. в блогeps в вашем блогe
p.s в новостяхps в ваших новостях
Oris
Scriptum