ps95
| Нью-Йорк
С шизоидной аккуратностью женщина постоянно чистит, расправляет, раскладывает вещи в своей маленькой квартире... И все это происходит очень медленно, за пределами достоверности театра. Более 70 минут зритель ходит вокруг нее, наблюдает ее простые действия, пытается понять что за мысли скрывает ее непроницаемое лицо.
Данута Сденка в роли Фройлян Раш. Режиссер Яна Росс. © 2016 Клаудина Шуберт / Klaudyna Schubert
Get Microsoft Silverlight
Posterus
Игра в карты
Робер Лепаж отказывается от технологий на фестивале Луминато в Торонто
Mercatura

Показанный на фестивале Next Wave спектакль режиссера Яны Росс «Концерт по заявкам» по этюду Франца Ксавера Кретца длится больше часа, но ощущение такое, что это растянутое мгновение, в котором зритель как бы заглядывает в чужое окно и не может оторвать глаз, увидев нечто личное до неприличия.

Что может быть неприличного в обыкновенной студии (сценографы Simona Bieksaite и Zane Pihlstrom) в средне статистическом городе, где все в идеальном порядке, все светится металлическим блеском хрома, и решено в сочетаниях серого с белым - от пижамы владелицы до ее простыней.

Притягивает лицо женщины - тонкое, нервное и моментами неподвижное - ее тело с годами приобрело некоторую скованность в движениях, которые иногда становятся почти спазматическими под звуки музыки, звучащей по радио. На ее лице моментами возникают тики, раскрывающие почти незаметные следы емоций - они ее раздражают, как тот прыщ, который женщина старательно выдавливает, смотря на себя в зеркале. Все «лишнее», все, что может нарушить заведенный годами порядок, ей мешает. Ее успокаивает ритуал простых, повторяемых поступков: правильно расставленные продукты на полках в холодильнике, правильно разобранная по цвету и виду стирка; и колготки также правильно надо стирать от руки и потом сушить полотенцем... Стол надо накрыть как в рекламной брошюре. Все должно быть похоже на глянцевые приложения к журналам.

Упорядочить свою жизнь, свести ее к комфорту мелочей, когда нож или вилка, имеют определенные места, а крем для рук и локтей находится всегда на одной и той же полке, сосредоточенность на деталях - именно это реконструируется на сцене. А зрители, как вуайеры, стоят вокруг, ходят, заглядывают и предугадывают, что женщина будет дальше делать. Неужели это все?

Данута Сденка в роли фройлян Раш не красавица, но и не урод, не стара и не молода, она худая и гибкая, «без возраста» женщина, которая, скорее всего, себя держит строго и скованно при людях и не расслабляется даже, когда она одна дома - она даже перед смертью краем рукава будет стирать упавшие капли жидкости на стол.

Действие построено на звуках, на шумах - крутится стиральная машина, щелкает микроволновая печь, тикают часы, звучит музыка по радио, даже слышно как женщина глотает, когда запивает снотворные таблетки шампанским, но слов нет, говорит только ведущий по радио Ари Шапиро, который исполняет музыкальные желания, поздравляя своих слушателей. Фройляйн Раш сама не заказывает свои желания - ни передаче, ни жизни - она как бы следует чужим моделям и вкусам.

Данута Сденка как Фройляйн Раш в конце спектакля исчезает, как бы растворяется с легким писком, который кажется криком после более чем часового молчания и рутинных вечерних ритуалов. Она умирает, или просто исчезает с поле зрения зрителей, которые стояли и наблюдали ее, пытаясь понять кто она такая.

Она - женщина средних лет, которая волей обстоятельств живет одна, и вечерами играет в электронную игру, где персонажами являются родители и дети. Эта семья живет в такой-же тесной, но функционально удобной квартире как и она - но они вместе, а она одна. И это она должна принять не жалуясь и не страдая - в современном мире нет места для трагедии обыкновенного человека, это чересчур яркий жест. В ее неяркой жизни, где слезу вызывает песня Ленарда Коэна, а вершина греха - выкуренная глубокими затяжками сигарета, все пассивно, все сдерживается, кроме постоянных мельканий вечно теребящих что-то рук, эти руки даже туалетную бумагу соберут изящно, как салфетку.

Жизнь этой женщины, продуманна до последней детали, это жизнь без ошибок и объятий, она безопасно-деструктивна, но постепенно приходит бессонница, и как-то неожиданно, вместо одной снотворной таблетки, женщина забрасывает в рот целую пригоршню, отказываясь дальше симулировать, что живет.

Для меня этот спектакль Яны Росс прозвучал как очень личное высказывание. Может быть, потому что я помню ее рассказ о том, как она, ведущая на телевидении, волею случая оказалась с оператором у подножия падающих башен 11 сентября. Тогда трагическая хрупкость жизни стала ей так очевидна, что Яна решила уйти с телевидения и вернуться в университет — она пошла учится на режиссера в Йельском Университете, что было ее давешней мечтой. После ужаса, который произошел у нее на глазах, она не могла продолжать делать вид, что ее интересуют магазинные передачи на коммерческом канале. И потом у нее все поучилось, вплоть до этого спектакля, персонаж которого так далек от нее самой на данный момент, но и близок тем, что демонстрирует под лупой жизнь человека, всматривающегося в мелочи до такой степени, что он теряет из поля зрения действительно крупное и важное.

http://post.scriptum.ru
к театру пространства и времени
Среда, 22 Ноября 2017
Repertorium
Exportatio
p.s. в блогeps в вашем блогe
p.s в новостяхps в ваших новостях
Oris
Scriptum